Личный опыт усыновления: как принять ребенка сердцем

В 25 лет Анастасия Гуляихина стала мамой сразу для восьмерых детей. Тогда, пятнадцать лет назад, они с мужем долго не могли завести ребенка, поэтому решили взять приемного. Но не предполагали, что за год станут многодетной семьей, а с некоторыми из детей разница в возрасте будет всего 10 лет.

Сначала пара забрала из детского дома двухлетнюю Соню и восьмилетнего Славу. Только потом выяснилось, что у Славы есть старшая сестра.

Тане было 15, и воспитатели сомневались, что она захочет уходить из детского дома. Но при первой же встрече она со слезами попросила забрать ее в семью.

Личный опыт усыновления: как принять ребенка сердцем

Чуть позже появились еще две пятнадцатилетние дочери — Танины подруги из детского дома — и 13-летний брат одной из девочек. В конце года опека предложила забрать сестру и брата — трехлетнюю девочку и двенадцатилетнего мальчика. Согласились, ведь иначе детей разделили бы по разным интернатам. Через год у Анастасии родился ребенок. А сегодня, спустя 15 лет, в семье 14 детей, 13 из них приемные.

«Первый детский дом в селе в Краснодарском крае, из которого мы забрали своих детей, когда-то был конюшней. Условия очень скромные, а порядки как в любом доме для сирот: не самый дружелюбный коллектив подростков, отсутствие личных вещей. В школе каждый мог обидеть, потому что некому заступиться, — рассказывает Анастасия.

— Поэтому, попав в семью, детям было с чем сравнивать — они всегда были очень благодарны и с охотой нам помогали. А мне даже голос не приходилось повышать. Может, потому что я никогда на них особо не напирала. Например, у одного из детей до этого мама закончила жизнь самоубийством.

Ребенок говорил, что не хочет жить в детском доме, но при этом никого не будет называть мамой или папой. И мы не стали заставлять — для нас это не было принципиальным моментом. Когда мне говорят, что сложно брать подростков, — тут надо разбираться, какие подростки, какая история.

Наши дети были младше своего возраста: в 15–16 лет желания были на 10–12. И проблем с ними никогда не возникало».

Эти проблемы появились потом: когда подросткам исполнилось по 18. Дети получили деньги, которые накопились на сберегательных книжках.

Пятьсот-восемьсот тысяч стали не помощью, а поводом бросить учебу, поссориться с семьей, найти новых друзей, которые будут подговаривать потратить деньги — а потом исчезнут, когда эти деньги закончатся.

Подобный разрыв произошел практически со всеми подростками в семье Гуляихиных после 18, длился несколько лет, а потом дети сами возобновили общение, когда осознали ценность семьи.

«Я вижу, как складывается жизнь моих детей и как складывается жизнь детей, которых так и не забрали из детского дома. Очень важно, чтобы рядом были взрослые, пусть даже несколько лет до совершеннолетия, — считает Анастасия. — У детей всё равно останется ощущение, что в семье здорово, весело и уютно, что родители любят друг друга.

Потому что дети из детского дома часто не понимают, как выстраивать отношения, — а наши старшие уже обзавелись семьями. Я от этого чувствую, что состоялась в жизни, и мне это приносит моральное удовлетворение — как другим людям творчество, например.

И мне приятно видеть результат моего творчества».

За годы многодетного приемного родительства и наблюдений за опытом других у Анастасии сложились свои правила. Главное — решение всегда должно быть за подростком.

Он сам должен сказать, что действительно хочет в семью, желательно уточнив, что ожидает от жизни в семье и чего ему не хватает.

Это ни в коем случае не должно быть распределительной системой, где тебя насильно отдают в незнакомую семью.

Но сегодня тенденция такова: подростки сами не хотят уходить из детских домов. По мнению Анастасии, зачастую дело в обычной бюрократии.

В каждом детском доме есть штатное расписание, и сотрудники попадают под сокращение, если количество детей в детском доме ниже определенного уровня.

Как бы цинично ни звучало, чтобы учреждение не закрыли, должно быть определенное количество детей. Поэтому воспитанников часто запугивают педагоги. Конечно, не всегда.

С 2005 года число детей в детских домах снизилось на 46% — сейчас их около 47 тысяч. Но с увеличением числа приемных семей вырос и процент возврата детей в сиротские приюты. По мнению Анастасии, вины ребенка в этом нет — чаще всего дело в неготовности родителей:

«Дети не монстры. Но порой нам даже и не снилось, что видел ребенок из детского дома в своей жизни. Поэтому, когда они попадают в семью, из них вылезают привычки.

Когда мы забрали из детского дома Карину, в 4 года она весила всего 8 килограммов, плохо ходила, больше ползала — и ела насекомых.

Мы не могли отучить ее от этой привычки до 14 — ругали, запрещали гулять с друзьями, если видели, как она ест какую-нибудь пчелу очередную, а потом приходит с опухшими губами. Но тревожность от этих наказаний только подогревалась. Она понимала, что делает что-то плохое, ее ругают, стыдят, но не могла справиться, подключить волю — и шла вразнос.

Но потом мы начали относиться к этому с юмором — и буквально за год всё сошло на нет. Эта история про насекомых — самое безобидное, что может быть. Мне тоже раньше казалось: с подростками будет много проблем. Но на самом деле больше всего сложностей у меня было с теми детьми, которых я взяла самыми маленькими.

А меньше всего с подростками, с кем у нас изначально были договоренности».

И добавляет: к подобным ситуациям невозможно подготовить в условиях школы приемных родителей. Подростков бояться не стоит — ведь это уже взрослые люди.

Личный опыт усыновления: как принять ребенка сердцем

В приемной семье не всегда лучше, чем в детском доме

Настя Волочаева оказалась в интернате в восемь лет вместе с пятилетним братом Ваней. Отец попал в тюрьму, а мать, пытаясь с этим справиться, начала пить. Знакомые сообщили в органы опеки.

В интернате к Насте и Ване приезжало много семей — но дети отказывались от приемных родителей и ждали, что их заберет родная мать. Тем более директор обещала, что сделает для этого всё возможное, — правда, в итоге так и не помогла. У матери не получилось вернуть детей, а через пять лет интернат попал под расформировку. Выбора не было — начали искать приемную семью.

«Первой приехала женщина, которая нам так понравилась! И мы ей вроде тоже. Она забирала нас на выходные, познакомила с семьей сестры, мы все вместе ездили на рыбалку, строили планы на новый учебный год.

Но она испугалась, что не сможет нас обеспечивать, а еще из-за возраста — мне было уже 13, а Ване 10. И поэтому отказалась от нас. Но мне она не объяснила, поэтому все годы я себя мучила, думала, что же мы с Ваней не так сделали.

Потом нам нашли еще одну семью, по ним видно было, что они хорошие люди. После летнего лагеря они должны были нас забрать, но тоже почему-то отказались. А потом нашли одну женщину из Волгоградской области.

Никакого гостевого режима не было, в первый же день после приезда из лагеря просто отдали ей нас с братом. Я отказывалась к ней идти, но мое мнение директор не учла.

Я боялась, что мы с Ваней не понравимся новым людям или что нас усыновят из-за денег, которые платит государство. И как же я была права! Первая приемная семья так и поступила

В этой семье нас с Ваней обижали, избивали и унижали. Я звонила директору интерната, просила у нее помощи. Но ей было всё равно, она сказала, чтобы я ей больше не звонила. Через 9 месяцев меня снова ударили, я рассказала подруге, а та — своей маме, которая вызвала опеку. Как я была этому рада! Не передать словами. Сама я боялась рассказать», — вспоминает Настя.

Если верить официальной статистике, ежегодно органы опеки забирают детей в среднем из 300 приемных семей. В день, когда это произошло с Настей и Ваней, их познакомили с новыми родителями. На этот раз детей спросили, хотят ли они в приемную семью.

Настя рассказывает, что была счастлива попасть в новую семью, но адаптироваться было непросто. Стеснялась говорить, есть перед родителями.

Испытывала стыд за каждое движение и неловкость, если новые родители хотели поцеловать или обнять. Думала, что не достойна этого и ее невозможно любить.

Подростки иногда не хотят в семью — как правило, потому что боятся неизвестности, предательства или того, что не оправдают надежд. Но Настя уверена: семья нужна каждому ребенку.

Чтобы принять в семью подростка, родитель должен осознать свою мотивацию

Существует мнение, что приемная семья для подростка — не больше чем «перевалочный пункт» перед самостоятельной жизнью. Из-за разрыва связи с родителями, психологической травмы, полученной в детстве, приемный подросток не способен установить близкие и длительные отношения с окружающими. В действительности это слишком категоричное мнение, а большинство травм обратимы.

Психолог, психиатр и специалист службы психологической поддержки и сопровождения приемных семей при благотворительном фонде «Дети ждут» Татьяна Дорофеева условно разделяет подростков на несколько групп, в которых всё развивается по схожему сценарию.

Подростки, проживающие в сиротских домах с рождения, не представляют, как жить в семье, и привыкли к жизни в учреждении.

Среди них есть дети, которые очень хотят найти новых родителей, но им нужно время, чтобы привыкнуть.

Они испытывают большой страх, быстро подстраиваются к членам новой семьи — и тогда кажется, что это неискренне. А иногда, наоборот, очень долго — и родители просто не выдерживают ожидания.

Есть подростки с более сложным опытом. Их несколько раз помещали в приюты, потом отдавали родителям, которые не смогли создать вокруг них безопасную среду.

И в конечном итоге они опять попадали в детский дом — с большим запасом боли и ненависти.

После такого взрослым доверять сложно, и в поведении подростков часто проявляются разные нарушения — так они испытывают приемных родителей на прочность.

Есть и процент детей из благополучных семей, которые потеряли родителей в подростковом возрасте. Им тяжелее пережить внезапную потерю, они долгое время не могут адаптироваться к жизни. Таким детям нужен сильный взрослый, который поможет пережить утрату и не станет требовать ничего взамен. Место родителя будет трудно занять сразу, так как у этих детей были родители, которых они любили.

Личный опыт усыновления: как принять ребенка сердцем

Не легче адаптироваться в новой семье и подростку, который очень долго жил в тяжелых условиях, оказывался в опасных ситуациях, которому приходилось выживать в одиночку. Социальный опыт у него даже больше, чем у родителей, семья нужна ему как защита, но отношения он строит с трудом. Такие подростки привыкли быть независимыми.

«У ребенка могут быть свои паттерны и опыт, и он может не совпасть с опытом родителей и быть камнем преткновения, — рассказывает Татьяна Дорофеева. —

Например, многие подростки, имеющие опыт жизни на улице, часто не готовы к закрытым дверям, приглашают домой друзей, боятся оставаться дома одни. Другие же, наоборот, будут стараться не выходить из дома и не захотят никого видеть.

Последствия депривации или различных лишений отражаются на личностных особенностях. Для таких подростков может быть характерно не строить отношения — стараться увеличивать дистанцию, чтобы с безопасного расстояния наблюдать и обдумывать решения, поддаваться воле других, быть ведомым, вести себя провокационно, быть грубым, жестоким, чтобы большинство людей боялись бы их».

Поэтому Татьяна советует: чтобы принять в семью подростка, надо хорошо осознать свою мотивацию и принять ребенка как партнера. Нужно быть крайне решительным и уверенным родителем, но при этом использовать гибкие подходы к решению задач и не устанавливать много «железобетонных» правил.

Приемные родители могут столкнуться с гневом, агрессией, грубостью.

Важно понимать, что эти негативные эмоции скорее направлены не на конкретного взрослого — они проявляются, потому что их слишком много внутри и невозможно их удержать. Трудный подросток нуждается в искреннем принятии.

Когда приемный родитель поймет природу поведения ребенка и примет его таким, какой он есть, то сможет перенаправлять энергию в созидательное русло.

У психологов фонда «Дети ждут» сложились рекомендации, как сделать адаптацию подростка в семье комфортной.

Читайте также:  Всестороннее развитие ребенка: полезные советы психологов и рекомендации врачей

В первую очередь важно освободить время и запастись терпением, чтобы наладить общение с ребенком. Важно, например, чтобы поначалу к моменту возвращения ребенка из школы дома не было пусто. Дети часто нуждаются в особенном подходе, в том числе в вопросах обучения — знаний мало, не хватает сил, чтобы адаптироваться и учиться одновременно.

Подростки из детских домов часто плохо разбираются в значениях русских слов: имеют большой словарный запас — но не понимают многих значений. Задача родителя быть внимательным и терпеливым: когда запас знаний очень неравномерный, стремление учиться появится только после того, как пройдет стресс из-за изменения образа жизни.

Как правило, эмоциональный возраст ребенка не соответствует интеллектуальному из-за отсутствия возможности учиться выражать эмоции. Привыкание к семье проходит крайне медленно и зависит от поведения всех ее членов.

Главное — спрашивать ребенка о том, что с ним происходит, о его желаниях и чувствах. А со стороны родителя важно держать слова и обещания. Взрослого ребенка уже не перевоспитать, но можно стать для него лучшим другом.

Воспитание приемного ребенка

Личный опыт усыновления: как принять ребенка сердцем

Каждый приемный ребенок уникален и может процветать в любящей семье. Однако из-за характера усыновления существует несколько потенциальных проблем, с которыми многим приемным родителям придется быть готовыми противостоять. К ним относятся последствия травмы или пренебрежения, чувство покинутости, вопросы идентичности, а также социальные и эмоциональные проблемы, связанные с расой.

С другой стороны, родителям важно помнить, что не все проблемы, физические или психические, могут быть напрямую связаны с усыновлением ребенка. Сосредоточение внимания на жизни и потребностях ребенка в целом, а не на предположении, что за каждым негативным поведением стоит усыновление, — лучший способ решить проблемы и способствовать общему благополучию.

  • Общие проблемы усыновления
  • Преодоление различий между родителем и ребенком

Некоторые усыновленные дети, хотя и не все, могут испытывать психологические, неврологические, социальные, медицинские или поведенческие проблемы, характерные для их индивидуальной ситуации.

 Эти потенциальные проблемы, которые могут развиться в любом возрасте, включают в себя привязанность, проблемы во взаимоотношениях, когнитивные задержки, СДВГ, неповиновение и вопросы, связанные с формированием идентичности.

Эти проблемы могут быть вызваны разлучением с биологическими родителями, травмами, стигматизацией, культурными изменениями, экологическими проблемами, такими как недоедание или отравление свинцом, или биологическим семейным анамнезом, включая алкоголизм или злоупотребление наркотиками. Поскольку не всегда возможно получить записи из истории болезни усыновленного ребенка, могут возникнуть непредвиденные проблемы со здоровьем, которые необходимо решить.

Усыновление не обязательно окажет негативное влияние на каждого усыновленного ребенка. Однако некоторые дети могут испытывать негативные эмоциональные или психологические симптомы в результате их усыновления.

Во-первых, приемные дети могут бороться с чувством, что их биологическая семья отвергает их и / или что они не вписываются в их приемную семью; такие чувства могут быть болезненными как для детей, так и для родителей, и могут вызывать негативное поведение, когда ребенок пытается примирить эти эмоции.

Усыновленные, особенно усыновленные в более старшем возрасте, могли пережить травмы, жестокое обращение или пренебрежение. Такие дети могут не доверять взрослым и в результате могут испытывать трудности с установлением связи со своей приемной семьей.

 Они также могут сталкиваться с эмоциональными или поведенческими проблемами, пытаясь справиться со своим трудным прошлым.

 Обращение за помощью к травмированным детям — и попытка увидеть разочаровывающее поведение через призму травмы, а не через призму преднамеренного непослушания — может помочь родителям направить своего ребенка на путь улучшения психологического здоровья.

Факты показывают, что большинство усыновленных находятся в нормальном диапазоне поведенческой и эмоциональной адаптации . Однако данные свидетельствуют о том, что у приемных детей может быть больше шансов получить диагноз психических расстройств, чем у не приемных детей, включая депрессию, СДВГ и зависимость.

Хотя точные причины этого несоответствия продолжают изучаться — и, вероятно, они различаются от усыновленного к усыновленному, — вполне вероятно, что сочетание генетической уязвимости, прошлой травмы, чувства отторжения и кризисов идентичности может быть причиной повышенного риска психических расстройств. видели среди приемных детей.

Не всегда возможно определить точную причину проблемного поведения у детей, усыновленных или нет. Некоторые усыновленные, возможно, испытали пренебрежение или жестокое обращение в раннем возрасте , что в дальнейшем может привести к поведенческим проблемам.

 Другие усыновленные могут запутаться в своей личности и в результате вести себя агрессивно.

 Некоторые расстройства психического здоровья, которые могут быть связаны с проблемами поведения, например СДВГ или аутизм, имеют генетический элемент, и возможно, что ребенок генетически предрасположен к этим расстройствам.

Однако также важно отметить, что многие не усыновленные дети тоже плохо себя ведут; таким образом, вызывающее поведение ребенка может быть совершенно не связано с усыновлением.

Дети старшего возраста до усыновления часто жили в приемных семьях или детских домах (если они были усыновлены на международном уровне).

 В этих условиях существует большая вероятность того, что ребенок испытал травму или пренебрежение; в результате они могут испытывать глубокое недоверие к взрослым, изо всех сил пытаться привязаться к своей новой семье или вести себя так, что это может сбивать с толку, расстраивать или даже пугать. Дети также могли пережить травму в своей изначальной семье до того, как их поместили на усыновление.

Дети постарше, возможно, раньше жили в нескольких семьях, что могло вызвать у них повышенный страх быть брошенным. Это может проявляться в виде незаинтересованности или недоверия к их новой семье.

 С другой стороны, некоторые дети, опасающиеся того, что их бросят, могут слишком доверять любому взрослому, никогда не связываясь с кем-то конкретным.

 Эта тенденция может привести к небезопасному поведению, если ее не предпринять.

Хотя, конечно, у усыновленного новорожденного могут быть особые потребности, характер процесса усыновления означает, что дети более старшего возраста с большей вероятностью будут иметь физические или умственные недостатки или поведенческие проблемы, такие как расстройство поведения, которые требуют серьезного ухода. Хотя наиболее авторитетные агентства заранее сообщат потенциальным родителям, есть ли у их ребенка особые потребности, и позволят родителям заранее решить, готовы ли они заботиться о каком-либо конкретном ребенке, некоторые проблемы могут не проявиться до тех пор, пока ребенок не перейдет в новую жизнь. дом.

Родители должны приложить усилия, чтобы узнать как можно больше об истории своего ребенка до усыновления, чтобы лучше подготовиться к особым потребностям своего ребенка. В тех случаях, когда это невозможно, узнав о травмах, психическом здоровье детей и возможных последствиях патронатной или институциональной опеки, родители могут лучше понять, чего ожидать.

Усыновленные — особенно усыновленные в более старшем возрасте — могут медленно связываться со своей семьей по ряду причин.

 Дети, которые пережили травму или были брошены, могут считать своих приемных родителей ненадежными или полагать, что они тоже оставят ребенка; К сожалению, многих приемных детей или детей, усыновленных из-за границы, раньше помещали в дома, которые, по их мнению, были постоянными, но оказалось, что это не так.

Многие, если не большинство, усыновленные в конечном итоге сближаются со своими семьями. Однако этот процесс требует времени (а в некоторых случаях и профессиональной помощи) и требует тщательного построения доверия.

 Самообразование в области связи и привязанности может помочь родителям почувствовать себя в большей безопасности, проявить терпение к себе и своему ребенку и научиться доверять процессу. Однако, если связь происходит медленно, это может быть чрезвычайно эмоционально утомительно как для родителей, так и для детей.

 Родители должны убедиться, что у них есть своя собственная система поддержки друзей, семьи и членов сообщества, а также обеспечить своему ребенку помощь и социальную поддержку, в которых он нуждается для процветания.

Термин «депрессия после усыновления» относится к появлению депрессивных симптомов у приемных родителей вскоре после усыновления ребенка. Хотя он гораздо менее известен, он концептуально похож на послеродовую депрессию и имеет многие из тех же психологических симптомов.

 Родители могут сомневаться в своей собственной легитимности, например, как родитель, или беспокоиться о том, что они не будут связываться со своим ребенком; эти чувства могут способствовать появлению таких симптомов, как печаль, вялость, бессонница, беспокойство или чувство вины.

Депрессия после усыновления может повлиять на матерей, отцов и родителей-одиночек — и, хотя она может разрешиться сама по себе, она также может быть довольно серьезной и продолжительной. Любой приемный родитель, который испытывает симптомы депрессии более двух недель, должен без колебаний обратиться за профессиональной помощью.

Я автор множества статей по самым различным тематикам, более 30-ти изданных детективов и множества песен — и детских, и взрослых. После болезненного развода много думаю и пишу на тему отношений.

Практикую жизнь соло, не употребляю алкоголь, не курю. Стараюсь жить не навязанными обществом стереотипами, а своим умом.

Я никому не навязываю свой жизненный уклад, просто делюсь своими мыслями, с которыми вы вольны соглашаться или не соглашаться.

Как усыновить ребенка или слёзы раскаяния приёмной матери

?

vivasoul (vivasoul) wrote, 2013-03-26 22:05:00 vivasoul vivasoul 2013-03-26 22:05:00 Categories: Вот примерно такой монолог, полный отчаяния, я услышала недавно от своей клиентки: внешне милой, очень интеллигентной женщины, учительницы с тридцатилетним стажем. Она пришла ко мне за юридической помощью с вопросом о том, как отказаться от удочерения. Итак, слушайте:

«Мы оба с мужем работаем учителями. У нас не было своих детей. И кто-то посоветовал нам усыновить ребенка. И мы решили найти ребенка в детском доме и стать приёмными родителями.

Читайте также:  Комплаентность детей с целиакией к особой диете

Тогда, 18 лет назад, зайдя в детскую группу дома-интерната, я увидела Сашу (имя девочки я по понятным причинам изменила). Моя душа просто потянулась к этой трёхлетней малышке, и я напрочь забыла, что мне рекомендовали посмотреть кого-то другого. Саша тоже что-то почувствовала своим детским сердцем.

В первый же день нашего с ней знакомства она заявила всем детям в группе, что к ней пришла мама и скоро она её совсем заберёт к себе.Её первым словом, которое я услышала от неё, это «типочка», что означало «птичка». Она его произнесла, когда мы гуляли с ней в парке по выходным, когда я забирала её из детского дома. Я часто думала о ней, прежде чем мы с мужем её удочерили.

Личный опыт усыновления: как принять ребенка сердцемСистемно-векторная психология Юрия Бурлана — как найти ребенка в детском домеВоспитываясь в нашей семье, она быстро забыла своё детдомовское прошлое, ходила в обычный детский сад, затем в школу, потом окончила лицей.Сейчас она совсем самостоятельная, работает по распределению в другом городе, недалеко от нас. Однако у неё какое-то детское восприятие жизни. Хотя мы приобрели для неё квартиру, её по-прежнему тянет к нам домой. И конечно же мы как родители были бы рады жить вместе, если бы по возвращении не возникала масса неразрешимых противоречий.У нас с Сашей возникло полное отсутствие взаимопонимания. Она не любит слушать наших с отцом советов, и совсем не приемлет контроля. Её периодический уход из дома стал уже привычной реакцией на наши с мужем замечания. Любые запреты она преодолевает настолько неожиданно, нетипично, что все поражаются её находчивости. Похоже, её самостоятельность – сверхценность и самоцель. Во дворе она – сорванец-заводила. Даже мальчишки подчиняются ей.Да ещё несколько дней назад, от соседской женщины, которая «всё обо всех знает», Саша узнала о своём детдомовском прошлом. И сразу же сказала об этом мне. Я, конечно же, была не готова к этому разговору. И просто попыталась отшутиться, мол, много ли чего она знает. Однако в ответ остро ощутила недоверие и отчуждённость.Несколько дней я не решалась открыть дочери нашу тайну. Вспоминала всю свою жизнь до и после Саши. Да, время летит быстро…И вот, я захожу к ней в комнату. Сидя на диване, дочь слушает музыку. Я невольно залюбовалась ею. Густые каштановые волосы волнами ниспадают на плечи. Зелёные блестящие глаза, улыбка, никогда не покидающая её лица. Ни капли макияжа. Её естественная красота не нуждается ни в каком макияже. На ней, как всегда, любимые джинсы и майка. Юбок и платьев она не приемлет.- Саша, давай поговорим.

— Мам, ты опять будешь морали читать?

Она отмахивается и включает музыку ещё громче. Разговор не состоялся.Я в тупике. Ведь мы с мужем учителя, прочитали тонны психологической литературы, обращались к психологам. И до сих пор я не могу найти подход к Саше. Она стала совсем неуправляемой. Где найти эффективный курс практической психологии? Как нам жить дальше?»Имея 30-летний педагогический стаж, женщина не знала, что ей делать с собственным приёмным ребёнком.На основе знаний по Системно-Векторной психологии, мне было ясно, что происходит внутри этой семьи.Девочка, по описанию матери, обладает уретральным вектором. Такие дети по своей природе рождаются с обострённым чувством справедливости, напрочь лишены эгоизма, амбиций, обладают незаурядным мышлением, рано становятся самостоятельными.Однако они не приемлют жёсткого контроля и давления, у них в принципе отсутствует ощущение каких-либо ограничений. Действительно, такие дети могут убегать из дома, и, самоутверждаясь вне дома, создают дворовые шайки, где становятся «маленькими вождями» среди своих сверстников.Зачастую, ведомые таким вождём, подростки склонны к совершению групповых хулиганств. Кстати, моя посетительница поделилась и тем, что пережила опыт приглашения в милицию, где её дочь была задержана со своими подругами.Что же можно сказать о приёмных родителях?

Мать – кожно-зрительная, утончённая женщина. Её супруг – анально-зрительный, спокойный, интеллигентный человек. Сталкиваясь с непослушанием и неуважением со стороны дочери, в силу свойств своего характера, они не могли понять мотивы поведения дочери, поэтому были просто шокированы тем, кого они воспитали. Ведь в их представлении девочка не должна себя так вести.

Вопрос неудачного удочерения в данной семье «наложился» на проблему неверного подхода к воспитанию дочери, что ещё в большей мере обострило проблему.

Когда я сказала женщине, что выбранный ею способ удочерения был в корне ошибочен, она полностью со мною согласилась.

Подход к усыновлению (удочерению) не должен строиться на принципе выбора ребёнка по внешним параметрам, то есть понравился ли мне этот ребёнок, а тот не понравился.

Как всё-таки правильно усыновить ребенка?

Следует учесть, что мы говорим не о детях близких или дальних родственников, оставшихся без попечения родителей, которые обязательным образом должны оставаться жить у своих родственников, если позволяют условия. Мой совет будет о том, как усыновить совсем чужого ребёнка.

Единственно правильный подход к усыновлению в данном случае — это стать приёмным родителем физически больному ребёнку, оставшемуся без попечения родителей.В этом случае вы будете понимать, что этот ребенок ничего не сможет отдать Вам взамен. Он лишь будет постоянно в Вас нуждаться.

И тогда решение об усыновлении будет принято не на основе эгоистических соображений.Для этого надо иметь действительно много любви, самоотдачи, смелости.

Но лишь при таких условиях Вы, делая добро бескорыстно, не ради получения благодарности или какой-то выгоды в ответ, меняетесь в лучшую сторону, уменьшая количество несчастных обездоленных детей, а, соответственно , сокращаете объём пустот и страданий в социуме.Как правило, приёмные родители ожидают от усыновлённого ребёнка благодарности в ответ на свои силы и старания, вложенные в его воспитание, обучение, развитие. Однако, по непонятной причине, постепенно сталкиваются с тем, что чувство нежности и детской доброты , в более зрелом возрасте, сменяется ненавистью к своим усыновителям.Одно из первых моих адвокатских дел было тому подтверждением. В результате многолетней вражды взрослой дочери со своими приёмными родителями, приёмный отец, которому было более семидесяти лет, тяжело ранил дочь и убил её мужа.Прошло более 15-ти лет, но у меня до сих пор в голове жива картина того, как в кабинете для допросов следственного изолятора мы сидим со стариком после приговора. И он со слезами на глазах вспоминает тот день, когда ему с супругой принесли чужую девочку-младенца, лежащую в корзинке. Он хотел бы повернуть время вспять, но увы…

Откуда возникает ненависть ребёнка к приёмным родителям?

Ненависть у усыновлённого ребёнка к своим приёмным родителям возникает из-за чувства стыда, возникшего от того, что они были свидетелелями его неблагополучия ещё до усыновления.

Приёмные родители по факту своего существования генерируют в нём этот стыд, о котором он хотел бы не вспоминать, из-за которого в нём навсегда остаётся та ущербность маленького человечка.

Именно поэтому взрослый ребёнок, уже больше не нуждающийся в заботе, всем своим разумом понимающий, что должен быть благодарен своим приёмным родителям за всё, в итоге испытывает ненависть к тем, кто реанимирует в нём стыд за его ущербное прошлое.

Поэтому приёмным родителям не следует корить себя за слишком лояльное отношение к ребёнку, так же как и не следует винить ребёнка за «чёрную неблагодарность».

И, если Вы не хотите испытать внезапно возникшее чувство ненависти от усыновлённого ребёнка, не хотите приобрести внутреннего врага в семье, усыновляйте или удочеряйте чужого ребёнка с намерением не «ради себя», чтобы кто-то под старость Вам подал кружку воды, а «ради самого ребёнка».

Возвращаясь к беседе со своей клиенткой, я пригласила её на тренинг по Системно-Векторной психологии Юрия Бурлана. Надеюсь, что они с мужем пересмотрят своё отношение к Саше, и придут к разумному компромиссу.

Статья написана по материалам тренинга по Системно-Векторной психологии Юрия Бурлана

Советы психолога родителям, решившимся на усыновление ребенка

Опубликовано: 01.01.1970 год.

1)      Какие вопросы стоит задать себе родителям перед тем, как усыновить ребенка?

«Зачем это вам?» Ответ на этот  вопрос адресует нас к более глубокому осознанию собственных мотивов, которые побуждают действовать. Есть хороший анекдот, когда сын сообщает отцу- еврею, что он решил жениться.

На что отец задает сыну  очень правильный вопрос «А что ты с этого будешь иметь?» Каким бы  циничным на первый взгляд не  казался этот вопрос, но именно он отправляет нас к осознанию того, какие потребности мы хотим удовлетворить, собираясь делать, то или другое.

Конечно, каждый человек, который задумывается принять  ребенка в семью, оставшегося без попечения родителей, это добрый, милосердный и нравственный человек. Ведущим мотивом почти всегда является мотив «помочь», ведь дети не должны жить в казенных учреждениях.

И все- таки, это всегда комплекс мотивов. И скрытые, плохо осознаваемые, неотрефлексированные мотивы могут стать большим риском и трудностью в дальнейшем.

2) Что нужно узнать о ребенке перед тем, как решиться на оформление бумаг?

Как можно больше надо узнать о ребенке, перед тем как решиться на оформление бумаг. Некоторые родители питают иллюзию, что «настоящая жизнь» у приемного ребенка начнется только после того, когда он начнет жить в приемной, «благополучной» семье.

А все плохое, травмирующее надо постараться оставить в прошлом, и может даже стараться не вспоминать. Но это заблуждение, так как ребенок в себе принесет то, что он впитал из своего рода, из своей семьи, в том числе травмирующего личность ребенка.

Читайте также:  Уважение родителей к выбору ребенка как важная чсть воспитания детей

 Информация о ребенке, о его здоровье, о его особенностях психики, о его жизненной истории, поможет адекватно оценить предстоящие трудности и сформировать готовность взрослого их решать вместе с ребенком.

Сегодня созданы «Службы подготовки и сопровождения замещающих семей» во всех субъектах РФ, создаются «Ресурсные центры», которые призваны сопровождать замещающую семью на основе межведомственного взаимодействия. Все это является большим ресурсом для поддержки и помощи родителям.

3) Действительно ли взять ребенка в семью — долгая и сложная процедура, как думают многие (что касается оформления документов и пр.)?

Процедура принятия ребенка в семью имеет два основных этапа. Первый этап – этап сбора документов в результате человек становиться «кандидатом в замещающие родители».

Второй этап – этап поиска ребенка и перемещение его из учреждения в семью, в результате человек становится «замещающим родителем».

Первый этап, этап подготовки проходит в  2- 3 месяца, большая часть времени занимает прохождение психолого-педагогической подготовки в «Школе подготовке кандидатов в замещающие родители». И некоторых будущих кандидатов это возмущает.

Но когда они оканчивают этот курс остаются благодарны за то, что система не позволила им принять поспешного решения. Не забывайте, что для адаптации семьи к рождению ребенка природа предоставляет 9 месяцев.  Второй этап очень часто затягивается на месяцы, т. к. «подходящего» ребенка бывает трудно найти.

4) Какие сложности (психологические) чаще всего возникают при усыновлении?

Если говорить о психологических трудностях при усыновлении они такие же, как и при любом изменении в жизни семьи и человека.

Нужно время, чтобы перестроиться: организовать быт, согласовать обязанности, распределить время, пересмотреть приоритеты. Необходимо привыкнуть к новым социальным ролям: мамы, папы, бабушки, дедушки и т.п.

Потому что ребенка принимает в семью не только один или два человека, ребенка принимает род.

  • Для взрослого человека, который взрослый не только по возрасту, а взрослый, по сути, по своим поступкам, те трудности, с которыми он сталкивается, преобразуются в задачи, которые он может решить самостоятельно или с помощью привлечения дополнительных ресурсов.
  • 5) Какие трудности возникают реже, но к ним тоже нужно быть готовым?
  • Как выстроить приемным родителям отношения с кровными родственниками ребенка, у которых «внезапно» возникло желание принимать участие в  его  жизни?

Эта ситуация очень непростая, возникает очень редко, но к ней тоже нужно быть готовым.

Почему редко? Да потому, что прежде, чем ребенок получит статус «оставшийся без попечения» специалисты органов опеки и попечительства сделают все возможное, чтобы наладить отношения с кровными родственниками ребенка и восстановить утраченные семейные связи.

И только после этого ребенок получает «статус» и оказывается в государственном учреждении. И все-таки задача – выстроить отношения ребенка и замещающих родителей с кровными родственниками реальными или «виртуальными» (когда ребенок отказник от рождения и в графе мама и папа всегда был прочерк), — это важная и порой трудная задача.

6) Необходимо ли какое-то особое отношение к приемному ребенку: скажем, нужно ли быть к нему добрее, чем к своему ребенку? Родители думают, что на своего ребенка они где-то могут прикрикнуть. А с приемным так нельзя?

Отношение взрослых к ребенку всегда должно быть очень уважительное, какая разница, каким путем ребенок пришел в семью? Насилию в том или ином виде можно и нужно сказать нет! Дисциплина может быть основана и должна  поддерживаться  на уважении личности, без насилия (физического, психологического и т.п.). Дети – это тоже люди, только маленькие.

Конечно, приемные дети очень часто демонстрируют родителям «трудное поведение», с которым нам взрослым очень трудно. Еще, «трудное поведение» – это всегда сообщение нам взрослым, что ребенку в чем-то очень «трудно».  Мы, же взрослые! Мы всегда можем, что-то с этим сделать.

Кто хочет разобраться, ищет возможность, а кто не хочет, тот ищет оправдание в плохих генах и т.п. Трудное поведение – это прежде всего, примитивные технологии достижения желаемого.

Понять причину поведения, понять «сообщение» ребенка и научить ребенка новым технологиям (социально-одобряемым) достижения желаемого, это и есть воспитательная задача приемных родителей. 7) С каким настроем приходят родители на усыновление? Часто ли они разочаровываются в своем выборе?

Родители, решившиеся на усыновление полны надежд и ожиданий новой для них, пока еще невиданной жизни. Они желают развиваться, желают дарить любовь, желают испытать любовь ребенка на себе. Часто ли разочаровываются? Ответ кроется в самом слове, однокоренное слово которого «очарование».

Простите, но это детская позиция, когда человек в своих фантазиях «нарисовал очаровательную картинку», а потом приходит время разочаровываться. Но это тоже неплохо, это все, есть не что иное, как личностный рост. Все зависит от того, какие выводы человек сделает и какими станут его дальнейшие действия, конструктивными или нет.

8) Правда ли, что приемный ребенок не станет родным до конца (проблема наследственности)?

Родным для человека, становится все и вся во что мы вкладываем свои силы, душу, любовь, труд, творчество. Например, любимое дело, семья, близкий человек и т.д. И дело вообще не в наследственности, а в отношении к жизни, к людям, к детям. Если формально относиться к своим родительским обязанностям, то и родной ребенок  не станет родным до конца.

А про проблемы наследственности? Кто из нас может похвастаться «супер-генами», почти в каждом роду есть свои «алкоголики». Любовь – это сила, способная к преображению.

  Больше надо заботиться о том, чтобы научиться любить, научиться проявлять любовь таким образом, чтобы дети чувствовали эту любовь и смогли с ее помощью преодолеть те ограничения, которые им достались в наследство.

9) Вообще, чем приемный ребенок отличается от родного? Есть ли кардинальные различия?

Отличия приемного ребенка от родного конечно есть. И своими корнями они лежат в его жизненной истории. Я бы выделила три ведущих фактора, которые необходимо анализировать, выявляя ресурсы и риски.

Первое, это факторы, связанные с его кровной семьей, с тем, сколько времени от момента рождения он провел со своими родителями или теми, кто их заменял.

Очень важен первый опыт взаимодействия ребенка со взрослым, который обеспечивает безопасность ребенка, проявляет по отношению к нему заботу, проявляет чуткость к его потребностям. Этот опыт активизирует врожденную и очень важную для жизни и развития потребность в привязанности.

Развитие надежной привязанности – это реалии кровных детей в благополучных семьях.

В неблагополучных семьях  новорожденный ребенок часто сталкивается с психотравмирующими событиями (жестокое обращение, употребление родителями ПАВ, потеря фигуры «ухаживающего») и тогда это уже нарушение привязанности в разной степени. В последствие, часто нарушено базовое  уважение к себе,  базовое доверие к людям.

Второй фактор, который стоит проанализировать родителям и специалистам по сопровождению замещающей семьи, это как проходила утрата семьи, разрыв семейных связей. Это очень болезненный процесс, который оставляет посттравматические последствия. Как вы думаете, чувствует себя ребенок, которого «бросили» родные.

Какие чувства он может испытывать? Двойственные или амбивалентные, когда одновременно злишься, ненавидишь и любишь, испытываешь нежность, вспоминая маму. И это очень изматывающие чувства забирают много энергии и жизненных сил у ребенка. Вспомните ваши чувства, когда «разрывались» близкие отношения.

И даже, если этот неблагополучный родитель бил или издевался над ребенком, то ребенок чувствует облегчение и радость от того, что это прекращено, и одновременно чувствует привязанность к своему агрессору. Амбивалентные чувства – это реальность, в которой живут отверженные дети.

И этот опыт взаимодействия со взрослым, порой единственный, и он автоматически перекладывает на взаимоотношения с приемными родителями. Вот это и есть одна из причин трудного поведения.

Третий фактор, который необходимо  проанализировать, это длительность проживания ребенка в системе детских государственных учреждений. Сменный режим работы сотрудников государственных учреждений не позволяет ребенку сформировать стойкую привязанность с кем-нибудь из взрослых.

Разрыв с родными братьями и сестрами, потеря родовых связей, социальных связей (соседей, одноклассников и т.п.) отрицательно сказывается на развитии личности  ребенка. Отсутствие личных вещей, фотографий, отсутствие возможности уединения (даже в туалете порой нет дверей) все это, приводит к нарушению личных границ, как своих, так и других.

Отсутствие возможности выбирать пищу, время ее приема, вида досуга и т.п., все это отрицательно сказывается на социальных навыках и на психологии ребенка. Жизнь, в которой за тебя все продумали и отправили по «дорожной карте» формирует «воспитанную беспомощность» детей из учреждений, снижает их инициативность, снижает «поисковую активность».

Именно поэтому выпускники детских госучреждений с трудом социализируются.

Насколько все эти факторы повлияли на ребенка, это то, что необходимо учитывать,  выбирая стратегию воспитания приемного ребенка.

Главное, что он теперь не один, вы рядом, дорогие добрые и благородные люди, у которых хватает мужества замещать родителей, которые чаще всего, где-то рядом «наслаждаются» своей жизнью.

Но это уже другой вопрос, который тоже требует вдумчивого и детального разговора.

Leave a Comment

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *